Новости

Хотя Бог в доказательствах и не нуждается... Булгаков на Таганке

«Мастер и Маргарита», Театр на Таганке; Бездомный — Дмитрий Муляр, Воланд — Андрей Смиреннов, Берлиоз — Сергей Ушаков Фото: Светланы СидоринойИнформационное агентство "Вифсаида" поздравляет своего читателя с праздником Рождества Христова и дарит подарок – рецензию на великолепнейший московский спектакль Театра на Таганке, тематика которого, как вы сумеете убедиться, имеет прямую связь с этим днем.

Предновогодним декабрьским вечером, 28 декабря 2012 года я подходил к Театру на Таганке. Мои последние впечатления от театральной жизни Москвы были неяркими, если не сказать бледными. Бездушные мюзиклы, искусственные и надуманные постановки – вот что я имел несчастье наблюдать последнее время. О спектакле "Мастер и Маргарита" в постановке Юрия Любимова я знал давно, но обходил его стороной. Может быть от того, что 1977 год – год премьеры – напоминал мне о советском прошлом, которое с трудом ассоциировалось с "вольнодумством" М. Булгакова. И хотя я в некоторой степени боялся разочарования, все же сумел сохранить непредвзятую восприимчивость.

Итак, не ожидая ничего, словно человек, впервые попавший в театр, я разместился в уютном зале. Ожидая начала представления, я стал вспоминать книгу и ее экранизации, как вдруг началось действие. Ощущение необыкновенности пришло сразу, вместе с собакой Понтия Пилата, пробежавшей между рядов зала под тревожный бой колокола… в воздухе повеяло старым добрым булгаковским духом. "Неужели, – подумал я, – неужели снова испытаю все, что спрятано в этом великом произведении?".

Программу я по привычке не купил, но героев узнал тотчас же. Вот властный прокуратор Понтий Пилат, восседающий в своей кроваво-красной обители, а рядом ("ведь они теперь всегда рядом") худощавый Иешуа, и тут же задумчивый мастер, произносящий "как я угадал, как я все… угадал". Можно не знать актеров и распределения ролей, но образы узнаются тотчас. Грозная фигура Воланда, тревожно появляющаяся в свете прожекторов и раскачивающаяся на маятнике времени. Огни, вспышки, крики, пронзительная музыка и охваченный паническим ужасом Иуда, предлагающий своим убийцам тридцать тетрадрахм... Мы больше не в прекрасном театре на Таганке – перед нами безжалостный Иершулаим, и не менее безжалостная Москва тридцатых годов. Добро пожаловать!

Действие разворачивается стремительно, и уже стихают душераздирающие звуки и атеисты Берлиоз и «молодой поэт» Иван Бездомный в час жаркого весеннего заката, попивая абрикосовую, душат своими речами всякую надежду и веру, сидя на двух кубах, недвусмысленно подписанных "Х" и "В".

А потом появляется Воланд, и в мыслях проносится: "Похож?". Ответить себе не успеваешь, потому что Воланд здесь, он слишком реален и слишком опасен, как абсолютное зло, и сомнений не остается. Вы можете быть верующим, сомневающимся или даже атеистом ("какая прелесть!"), но когда Воланд начинает говорить о доказательствах существования Бога, вся мощь произведения Булгакова и театральной постановки Любимого обрушивается на вас. Это тот момент, когда вы перестаете размышлять о Боге и начинаете его чувствовать. Впрочем, не только Бога – вы ощущаете тягостное и неотвратимое присутствие дьявола.

Потом действие переносится в Иершулаим, и снова в Москву, и снова в Иершулаим, и я становлюсь свидетелем разговоров Понтия Пилата с Иешуа и его казни. Иешуа добр и смиренен, и я понимаю, что вот так и выглядит Иисус. Он более не кажется символом далекой эпохи и недостижимым идеалом, Он реален, и я могу буквально прикоснуться к Нему. И чем больше абсолютное зло в лице Воланда отталкивает, тем более меня влечет к совершенному добру Иешуа. И потому, когда Понтий Пилат вскидывает руку и надрывно кричит в зал о том, что помилован будет убийца, а не Спаситель, я чувствую себя участником толпы и мне хочется встать и крикнуть "Нет! Это ошибка!".

Вообще, критическое обращение к зрителю – очень важная черта спектакля. Когда Воланд говорит со сцены «Варьете», чудом совпавшей со сценой театра на Таганке, о том, что пришел понаблюдать за москвичами, мне вновь, как и в случае с речью Понтия Пилата, становится не по себе. Потому что о москвичах, да и не только о них, сегодня можно все также сказать: "В общем, напоминают прежних... квартирный вопрос только испортил их...".

Временами актеры провоцируют зрителей на неуместные аплодисменты, изобличая прямо в зале тех, кто не понимает сути происходящего на сцене, и аплодирует, следуя лишь стадному инстинкту. Эта тонкая, едва заметная игра вызывает чувство восторга и уважения к постановщикам и исполнителям.

В сценарий умело вплетены кусочки современности, как будто бы сам Булгаков доработал свое произведение. И это восхищает: насколько талантливым нужно быть, чтобы перенести булгаковский дух в наши дни? Но ведь ничего не меняется. Только мы забываем. Граждане, "вы стали слишком забывчивы", постоянно напоминает ведущий, зачитывая некоторые мысли героев и отрывки из текста произведения.

Невероятный динамизм развития сюжета просто не оставляет выбора. Я не думал тогда, и сейчас не думаю, о том, что из увиденного было "красиво", "уместно", "хорошо поставлено", а что нет, потому что я ни разу не вспомнил о театре – я являлся участником грандиозного события, и сомневаться в правдивости его было так же бессмысленно, как говорить о том, что часть моей жизни была «хорошо или плохо поставлена». Я испытывал боль и радость, чувство одиночества и любви, страх и гнев, но достоверность и реалистичность происходящего осталась вне всякого сомнения.

Сладкое чувство неотвратимости справедливости, ирония над властными гордецами, мещанством и обывательщиной, ограниченностью взглядов и приспособленчеством, трусостью, а также возвышение любви, добра, света, радости, духа – все это прекрасно передано в замечательном спектакле Юрия Любимова по великому произведению о Мастере и его Маргарите.

Про настоящее искусство говорят, что оно становится частью опыта. Увиденное в этом спектакле, безусловно, станет частью вашего опыта. Уверен, что оно затронет даже тех, кто к искусству глух и невосприимчив. Прочитав книгу, человек получает мысленное представление о персонажах, и может усомниться в их реальности, ведь они, казалось бы, живут только на страницах книги или в воображении. После просмотра экранизации представления приобретают более конкретные формы, но это всего лишь смена фотографий со скоростью 24 кадра в секунду. А вот увидев персонажей живыми на сцене и вокруг себя, окончательно убеждаешься, что Воланд, Иешуа, Мастер и Маргарита действительно существуют.

Если же чудо еще не коснулось вас, то исправить эту несправедливость вы можете в ближайшие дни, например: 11 января, 20 января, 30 января, 6 февраля или 27 февраля в 19:00 в Театре на Таганке.

 Эмиль Блицау
специально для ИА "Вифсаида"
Фото: Светланы Сидориной

Интересные факты

Интернет как социокультурный феномен

Конец XX столетия был ознаменован вхождением в жизнь человеческого общества принципиально новой системы массовой коммуникации – глобальной сети Интернет. Так, буквально за несколько лет произошло стремительное распространение новейшей безграничной информационной технологии, которая на сегодняшний день активно используется во всех сферах человеческой жизнедеятельности.

Подробнее...

Поиск

Контакты

Карта сайта