Новости

Дайте Лиле лилево

Выход книги Алисы Ганиевой "Ее Лиличество Брик на фоне Люцеферового века" издательства "Молодая гвардия" сопровождался некоторым шумом в сети. Рукопись попала в длинный список "Большой книги", и тут же встал вопрос – за какие качества текст там оказался. За тему? За имя автора? Над стилем повествования в те дни не подшутил только ленивый.

Алиса Ганиева вообще склонна к эпатажу. Начиная с созданной ею с товарками общества юных критикесс ПоПуГан (Погорелая-Пустовая-Ганиева), до псевдонима ее первого прозаического опуса – Гулла Хирачев. Аварка, выросшая в Дагестане и воспитанная по восточному канону, она всеми силами пытается доказать, и в первую очередь себе, что она свободна. От всего – от условностей не только восточного воспитания, но и вообще любой условности нашего мира. В этой парадигме книга о Лиле Брик – женщине более чем свободной для своего времени, - вполне вписывается в потуги авторки что-то кому-то доказать.

Но оставим в стороне домыслы. Обратимся к книге. В конце концов именно она – предмет нашего разговора.

Про Лилю Брик, эль фаталь своего времени, мы в основном знаем через ее тяжелый роман с Владимиром Маяковским. Ни одно современное исследование творчества "горлопана, главаря» не обходится без отсылок к Лиле и в целом к экстравагантной семье Бриков. Это есть и в книге знаменитого Бенгта Янгфельда "Ставка – жизнь", и в ЖЗЛ Дмитрия Быкова "Маяковский".

Как старательная студентка, Ганиева конспектирует все вышеперечисленные книги, а также десяток воспоминаний по теме. Словно в дипломной работе, Алиса насыщает текст ссылками и сносками. Развернутый реферат, построенный на цитатах. Детство героини, юность. Но вот в жизни Лили появляется Маяковский – и история уходит от главной героини, переключившись на персону более значимую. Материала много, и Ганиева подробно описывает жизнь поэта, бросив предмет своего изучения. Из 560 страниц, 300 – о нем, куда поехал, как выступил, с кем встречался. Про саму Лилю – мимолетом. После его смерти биография Брик рассказывается комкано, с постоянным переключением с одного времени на другое. При этом обещание, что нам покажут портрет на фоне "люцеферового века", летит к черту, потому что века-то там как раз и нет. Одни рассказы про шикарные обеды и дорогие наряды. Что в Гражданскую, что после войны.

Но вспомним, что Ганиева – бунтарка, что она стремится ломать правила и каноны. Не стоит от нее ждать книгу в обывательском понимании. Бунтари сами придумывают правила и заставляют окружающих в них играть. Тогда любой набор фактов можно выдавать за законченное произведение, а сам текст… Вот тут снова проявляется фирменное "ганиевское" "не хочу – не буду". Раз уж бунтовать, то и против слова. В русском языке есть шаблонные фразы, к которым мы привыкли, устоявшиеся выражения, которые часто используются в публицистике и официальной речи – а не забудем, что Алиса зарабатывает журналистикой. Использование шаблона – моветон, а поэтому Ганиева пытается ломать стереотипы – использует их, но неправильно. И все было бы ничего, если бы не рождалось ощущение, что никакой это не бунт. Попросту Ганиева не чувствует тот язык, на котором пишем и который не является ей родным. Бесконечные "Он был готов ее баловать на ложе", "Маяковский кувыркался по стране с выступлениями", "работа и деньги врывались лавиной", "приставить к стенке» (о расстреле), "в августе скатал в живущий под комендантским часом Тифлис", "говорить о больной мозоли поэт не любил" (о самоубийстве), Лиля получила "пинок подковой" - озадачивают. Это уже не игра, а банальные стилистические ляпы, пропущенные редакторами.

Но все это можно списать на молодость и горячность авторки. Тем более текст полон отсылок к ней самой. Алиса постоянно сравнивает себя с Лилей. И замуж-то она вышла, чтобы вырваться из семьи, как Лиля;  и с лесбиянками легко общается, как это делала Лиля; и с сильными мира сего на дружеской ноге, как была Лиля; и предложения ей делают сногсшибательные, прям как Лиле. Выходит, книга-то не о Брик, здесь она проходной персонаж. Книга о Ганиевой. Это она бьется с веком-волкодавом, доказывая свое право называться человеком, равным всем другим.

Вот только при чем здесь читатель? Особенно читатель, не вовлеченный в игры эмансипе из Дагестана. Это ей очень хочется во всеуслышание сказать, что она может (имеет право) говорить на темы, запрещенные у нее на родине. И как доказательство – богатый опыт. "Моя прозаическая стезя" скромно говорит она о премии "Дебют". Так и хочется сказать: "Про автора мы поняла, нам бы про Лилю. Она-то где?"

Но Лилю оставим на потом. Ринувшись в "омут балдежа", Ганиева уплыла по своему течению. А мы почитает Янгфельда и Быкова. Там про Лилю как-то внятней.

Автор Елена Усачева

Интересные факты

Что такое ризоматическая модель культуры

Начало XXI (постмодернистского) века характеризуется объективно закономерным развитием разнообразных культур, их обособлением, дифференциацией и объединением. Такое многомерное культурное пространство не может существовать в одной сфере и требует выхода за границы локальных культурных различий и общечеловеческих видений мира, способных предложить человечеству новое основание бытия, новые пути развития и новые ценности. Основные принципы и положения эпохи постмодернизма реализуются в различных практиках, среди которых особенно выделяется ризоматическая модель культуры.

Подробнее...

Поиск

Контакты

Карта сайта