Новости

С верой в лучшее

Писатель Эдуард Веркин – велик. В новой книге «Остров Сахалин» издательства «Эксмо», вышедшей в серии «Взрослая проза» ему удалось то, что получалось у других великих многие годы назад (сейчас такого, к сожалению, нет) – он шагнул во взрослую литературу, написав по-настоящему взрослый роман, оставшись детским писателем. Почти невозможная штука. Многие взрослые писатели создают книги для детей, при этом ничего от детской литературы в этих вещах нет. Многие детские писатели пишут романы взрослые, разводя такой жуткий детский сад, что становится грустно. «Остров Сахалин» взрослая книга, серьезная, отлично собранная, но стоящая на основных правилах детлита.

Работать так, действительно, великий талант. Среди взрослых писателей бытует мнение, что детская литература – некая песочница, где резвятся малыши, которые еще не доросли до чего-то серьезного. На одном из вручений премии «Большая книга» ведущие так и сказали лауреатам премии «Книгуру»: «Идите, напишите что-то серьезное, останетесь на этой сцене». Оставим их в этом заблуждении. Не об этом речь. А разговор о том, что детская и взрослая литература миры не всегда совпадающие. Звенящая искренность детлита, построенного на вечных постулатах добра и справедливости, тонет во взрослом цинизме и меркантильности.

Искренность – отличительная черта детлита, социальная схема – закон взрослой прозы. Запомним это и вернемся к «Острову Сахалин». Доктор Чехов более ста лет назад стал беспристрастным зрителем того, что происходит на острове. Он ездил, считал, заполнял карточки, сокрушался, иногда удивлялся. О чем и написал свою книгу «Остров Сахалин». Жизнь для многих людей, с которыми встречался Чехов, по сути, была закончена. Это была форма доживания или выживания, но не жизни. И это писатель фиксировал.

Героиня Веркина, Сирень, такой же наблюдатель, чуть больше чем через сто лет вперед. Да, произошел апокалипсис, да,жизнь везде напоминает ад, но на острове она являет отдельную форму ада. И страшнее всего то, что люди здесь живут и другой жизни им не дадут. Их не выпустят с острова никогда. И эту форму жизни (доживания/отживания/выживания) Сирень и фиксирует в своем дневнике. Все люди на острове живут с ощущением нормы. Смерть они воспринимают такой же нормой. И сам факт смерти – да хоть бы и своей, - и трупы, как результат этого процесса. Это чтобы не впасть в отчаяние и совсем не потерять человеческий вид. А поэтому штабелирование тел, изучение разной степени разложения человеческой плоти, столкновение лицом к лицу с бешенством или дикими суевериями, когда ребенку-альбиносу отрезают пальцы, нос, уши, чтобы заполучить себе оберег на удачу  – это все фиксация. Без эмоций. Потому что с эмоциями ты тут быстро сойдешь с ума. А без них – еще как-то можно жить.

Это своеобразный проход через все круги ада, без попытки спасти кого-нибудь, кому-то помочь, что-то изменить. Сирень занимается будущим, она футуролог. А все, что происходит сейчас, к будущему имеет опосредованное отношение. Оно уже сейчас становится фундаментом того, что впереди. Того, что будущее. И будущее это прекрасно.

Но, конечно же, никакой нормальный человек не может долго оставаться только наблюдателем. Дети и животные – они всегда подводят. Сирень кинется защищать детей, в конце книги накормит голодную кошку. Будь это детская книга, может быть, кого-нибудь и спасли. Но это сознательно книга другая. Поэтому все летит к чертям в угоду правил и внешнего приличия. Но искренность не может окончательно уйти из взрослого мира. Без нее этот мир, действительно, растворится в апокалипсисе. Тем более у взрослых уже есть книга, построенная на искренности и вере в чудо. Это Библия.

И если Библия – конечно, книга на все времена, - но все же книга прошлого, то «Остров Сахалин» - это своеобразная библия будущего. Книга, полная надежд и веры в чудо. Здесь будет все – и восставшие из мертвых, и непорочное зачатие, и чудесный младенец, который через много лет спасет тех, кто останется в живых. Увидеть это героиня сможет не своими глазами, замыленными всеми этими трупами и разложениями, предательствами и убийствами, а глазами новыми, пусть и чужими. Но увидит. А как может быть иначе у истинно детского писателя?

Автор Елена Усачева

Интересные факты

Национализм как проблема современной культурологии

Национализм – это новое общественное явление, которое возникло вместе с основными экономическими, культурными и социальными институтами современности. Национализм подчеркивает индивидуальность, колорит и различия каждой нации, которые определяют ее культурно-этнический характер и тем самым являются объектом культурологических исследований.

Подробнее...

Поиск

Контакты

Карта сайта