LOADING
PREV
NEXT
http://vifsaida.com/modules/mod_image_show_gk4/cache/gallery.1gk-is-1.jpg
http://vifsaida.com/modules/mod_image_show_gk4/cache/gallery.2gk-is-1.jpg
http://vifsaida.com/modules/mod_image_show_gk4/cache/gallery.3gk-is-1.jpg
http://vifsaida.com/modules/mod_image_show_gk4/cache/gallery.4gk-is-1.jpg
http://vifsaida.com/modules/mod_image_show_gk4/cache/gallery.5gk-is-1.jpg
http://vifsaida.com/modules/mod_image_show_gk4/cache/gallery.6gk-is-1.jpg
http://vifsaida.com/modules/mod_image_show_gk4/cache/gallery.7gk-is-1.jpg
http://vifsaida.com/modules/mod_image_show_gk4/cache/gallery.8gk-is-1.jpg
http://vifsaida.com/modules/mod_image_show_gk4/cache/gallery.9gk-is-1.jpg
http://vifsaida.com/modules/mod_image_show_gk4/cache/gallery.9gk-is-1.jpg
http://vifsaida.com/modules/mod_image_show_gk4/cache/gallery.10gk-is-1.jpg
http://vifsaida.com/modules/mod_image_show_gk4/cache/gallery.11gk-is-1.jpg
http://vifsaida.com/modules/mod_image_show_gk4/cache/gallery.12gk-is-1.jpg
http://vifsaida.com/modules/mod_image_show_gk4/cache/gallery.13gk-is-1.jpg


Новости

Поверьте, так и было

У Дмитрия Быкова есть притягательная манкость – во всем, что он делает, будь то выступление, книга, статья или стих. Наблюдать за ним, следить за полетом мысли невероятное удовольствие. Даже если эта мысль приводит в тупик, из которого Быков изящнейшим образом выберется. Выберется не логикой рассуждения, а парадоксом утверждения. И каждый раз это утверждение будет завершено не подлежащим сомнением фразой: "Поверьте, так и было".

Каждую написанную биографию, а их в его писательском багаже собралось достаточно, Быков начинает с собственного убеждения, что он и только он разгадал тайну этого человека. И как владелец тайны, без сомнения, имеет право встать в позицию «над» изучаемым персонажем, а поэтому может оценивать любой его поступок, может выдвигать самые смелые предположения, не забывая повторять: "Поверьте, так и было".

Произошло это и в биографии Владимира Маяковского, вышедшей в серии ЖЗЛ издательства "Молодая гвардия" "Маяковский. Трагедия-буфф в шести действиях".

Помня о том, что читателя в наше время надо сразу брать в оборот, с первых страниц Быков заявляет, что как Пушкина в свое время за всех нас убили на дуэли, так Маяковский за всех нас застрелился. Больше этого можно не делать, живем дальше.

Из интересного зачина – стартовать с рассказа о смерти и всех посмертных событий и расследований – Быков делает ловкий ход. Такие ходы любит сентиментальное, слезоточивое кино. Нам заранее сообщается, что герой умрет или что герой еще не умер, но смертельно болен, а потому его нестерпимо жалко. Секрет не в том, что Маяковский умер, застрелившись – об этом знают все, события из этого не сделать. Рассказав не только о смерти, но и обо всей той свистопляске, что началась вокруг умершего поэта, Быков зарождает в читателе ту самую эмоцию, которую в дальнейшем будет лихо эксплуатировать. Этим ходом он добивается, чтобы каждый проникся жизненной и идейно коллизией Маяковского, из гиганта и гения превращая Маяковского в "своего человека". Об этой "свойскости" сам автор неустанно напоминает, называя поэта "Маяком". Вот так вот снисходительно-пренебрежительно, как, без сомнения, могли его звать друзья. Хотя автор несколько раз оговаривается, что Маяковский любил, когда его так называли. Ну так и мы, столь много знающие о поэте, без сомнения, является его друзьями.

Казало бы, что еще можно сказать про Маяковского? О его аресте в пятнадцать лет, о долгих месяцах тюрьмы, где он стал писать, о прогулке с Бурлюком, убедившем поэта, что он Поэт, о встрече с Бриками, о поэмах, о работе в окнах РОСТа, о любви, о том, как перестали принимать и воспринимать, о том, как стал терять голос, о том, как перестало хватать воздуха и  как перестал писать, о том, как умер. Так вот мы, оказывается, не знаем ничего. Что вовсе не Лиля была главной в той потрясающей триаде, что была создана. Что никаких ссор и противоречий с Есениным – наоборот, сплошные сходства и точки соприкосновения. Что никакого патриотизма, а сплошные сомнения.

Утверждения Быкова потрясают, но их развернутые объяснения настолько кажутся на первый взгляд убедительными, что читатель остается в состоянии этого потрясения до конца книги. Хотя книга довольно объемная и, скажем сразу, прочитать ее – немалый труд. Из явных достоинств книги – собран огромный материал. Материала слишком много, звучат мнения с разных сторон, да и сам автор, не усложняя себе жизнь, заполняет страницу за страницей длинными цитатами с краткими выводами. В этих цитатах тонешь. И порой получается, что и сам автор уже не удосуживается окончательным выводом, а предлагает читателю самому решать, что произошло на самом деле.

Лучше всего и ярче всего Быкову удаются главы, где разговор идет о личном – что там было между Маяковским и Лилей Брик, кто же на самом деле распространил слух, что Маяковский изнасиловал и заразил нехорошей болезнью курсистку, кто кого любил и кто от кого родил. Как хороший пирог, в него кладется множество цитат, все это перемешивается, приправляется авторскими комментариями и ставится в духовку. Получается пышно.

Временами автор заговаривается, повторяясь, иногда уводя в сторону. Тогда опять спасают цитаты и стопроцентная уверенность в правильности того, что пишется. В этом отношении Быков – абсолютное дитя своего времени, журналист, способный рассуждать на любую тему. И не только рассуждать, но и увлекать за собой слушателей и читателей. В этом отношении книга серии ЖЗЛ абсолютно попадает в свою аудиторию. "Жизнь" - "Маяковский", действительно, очень подробная биография, подтвержденная документами.

"Замечательных" - "Маяковский" книга о потрясающей жизни, о которой и сегодня есть, что сказать. "Людей" - в "Маяковский" перед нами никакой не памятник и не плакат, а самый обыкновенный человек со своими человеческими страстями и грехами.

Хотя на самом деле никакой не Маяковский главный герой этого повествования. Это сам же Быков. В каждой своей книге он рассказывает о себе, любуется собой, гордится своими мыслями. Секрет его книг – они нравятся тем, кто Быкова любит. А таких много. И не нравятся тем, кто равнодушен к Быковской манере высказывать свои мысли и выдавать их за единственные верные. Таких тоже много. А поэтому его книги обречены на неизменных интерес.

Автор: Елена Усачева

Интересные факты

Каково формирование идентичности в условиях массовой культуры

Среди великого множества функциональных назначений массовой культуры, в частности, и культуры человечества, в целом, существует самая важная функция – обеспечение согласования разных форм жизнедеятельности с носителем культуры. То есть благодаря культуре человек может оптимально адаптироваться к изменяющимся внутренним и внешним условиям существования. Так, человек, выступая как субъект культуры, развивает свой социальный опыт, продвигая его на более высокую ступень бытия.

Подробнее...

Поиск

Контакты

Карта сайта